Прогуливаясь по осеннему лесу в поисках следов лисьих нор, зоопсихолог Сергей наткнулся на необычную находку. Под старым дубом сидела девушка. Она не реагировала на его голос, а её взгляд был устремлён куда-то вдаль, будто она видела то, что недоступно другим. Позже он узнал, что её зовут Дина.
Сергей, чья работа строилась на понимании повадок хищников, сразу распознал в её поведении глубочайший стресс — состояние, близкое к тотальному замиранию у животных перед лицом угрозы. Он не смог пройти мимо. Его действия, возможно, предотвратили беду. Однако этот поступок обернулся неожиданными последствиями.
Через несколько дней в том же лесном массиве нашли тело подруги Дины. Сергей, оказавшийся одним из последних, кто видел обеих девушек, попал в поле зрения следствия. Обстоятельства выглядели подозрительно. Чтобы очистить своё имя, ему пришлось самому взяться за расследование. Ключом ко всей истории была Дина. Но как получить ответы от того, кто полностью ушёл в себя?
Девушка не шла на контакт. Она молчала, игнорировала вопросы следователей, жила в своём отдельном мире. Стандартные методы общения здесь не работали. Сергею пришлось применить свои профессиональные знания, но в совершенно ином ключе. Он начал не с вопросов, а с наблюдения. Как зоопсихолог, он понимал язык невербальных сигналов, знал, что значит взгляд, отведённый в сторону, или внезапное напряжение мышц.
Он стал приходить не как следователь, а как тихий наблюдатель. Иногда он просто находился рядом, не требуя ничего. Приносил еду, которую можно было есть молча. Оставлял на видном месте предметы, связанные с лесом — шишки, пёрышки, гладкие камни. Он искал ключ, мост к её сознанию, запертому в прочной башне молчания. Ему нужно было не заставить её говорить, а создать условия, в которых она почувствует себя в безопасности настолько, чтобы хоть как-то проявить свою память о трагическом дне. Это была тонкая, кропотливая работа, где каждое движение имело значение, а неправильный шаг мог разрушить хрупкое доверие, которого ещё не существовало.
Его репутация и свобода теперь зависели от способности расшифровать тишину и понять девушку, для которой весь внешний мир, похоже, стал воплощением опасности. Расследование превратилось в уникальный случай, где методы изучения животных психики применялись к человеческой трагедии, а истину предстояло найти не в словах, а в намёках, жестах и глубоко спрятанных воспоминаниях.
